Когда БМД спускались с небес

Scherbakov Leonid Ivanovich

Щербаков  Леонид  Иванович  родился  12  декабря  1936  года  в  поселке  Банное,  ныне  город  Святогорск  Донецкой  области  в  семье  военнослужащего.  Русский.  Генерал-лейтенант  /  22.09.1988  /.  Герой  Российской  Федерации  /  22.08.1996  /.

В  1953  г.  окончил  среднюю  школу.  Работал  чернорабочим  на  железнодорожной  станции.

В  Советской  Армии  с  1954  года.  Окончил  Киевское  танко-техническое  училище  /  1956  /,  Военную  академию  бронетанковых  войск  имени  Р.Я.  Малиновского  /  1968  /,  Военную  академию  Генерального  штаба  Вооруженных  Сил  СССР  имени  К.Е.  Ворошилова  /  1980  /.

Заместитель  командира  танковой  роты  14-й  танковой  дивизии  /  07.1956  -  02.1959  /.  Заместитель  командира  разведывательного  батальона  по  технической  части  /  02.1959  -  08.1963  /.  Инженер-испытатель  38-го  Научно-исследовательского  института  бронетанковой  техники  Министерства  обороны  СССР  /  07.1968  -  01.1973  /.  Старший  инженер  Научно-технического  комитета  Воздушно-десантных  войск  /  ВДВ  /  по  бронетанковой  технике  /  01.1973  -  11.1977  /.  Начальник  бронетанковой  службы  ВДВ  /  11.1977  -  06.1978  /.  Заместитель  командующего  войсками  Краснознаменного  Северо-Кавказского  военного  округа  по  вооружению  /  07.1980  -  10.1983;  03.1988  -  12.1989  /.  Заместитель  главнокомандующего  Группы  советских  войск  в  Германии  по  вооружению  /  10.1983  -  03.1988  /.  Генерал-инспектор  техники  и  вооружения  Главной  инспекции  Министерства  обороны  СССР  /  12.1989  -  05.1992  /

Звание:  генерал-майор  /  19.12.1981  /.

Вышел  в  запас  в  1992  г.  Живет  в  г.  Москве. Заместитель  генерального  директора  Научно-исследовательского  института  стали  и  сплавов  Российской  академии  наук.  Заместитель  коммерческого  директора  ОАО  «НИИ  Стали».

Награжден  орденом  Красного  Знамени,  орденом  Красной  Звезды  и  медалями.

Автор  неопубликованных  воспоминаний  «Никто  кроме  нас!  Резерв  Верховного  главнокомандующего».
Когда  БМД  спускались  с  небес.

23  января  1976  года  на  полигоне  76-й  гвардейской  воздушно-десантной  дивизии  в  Кислово  под  Псковом  впервые  в  мировой  практике  состоялся  сброс  боевой  техники  вместе  с  двумя  членами  экипажа  из  самолета  с  использованием  парашютно-реактивной  системы  / ПРС  /.  Для  проведения  эксперимента  специально  выбрали  снежное  место,  что  должно  было  смягчить  приземление, но  испытаниям  не  повезло.  Боевая  машина  десанта  /  БМД-1  /,  на  которой  происходила  высадка,  попала  в  самый  центр  ледяной  укатанной  дороги, так  что  экипаж  ощутил  солидную  ударную  перегрузку.  К  счастью,  это  особо  не  повлияло  на  их  последующие  действия.  Уже  через  сорок  секунд  после  приземления  БМД-1  была  приведена  в  полную  боевую  готовность,  завелся  двигатель.  Механик-водитель,  поднимая  снежную  пыль,  выполнил  все  задания  по  вождению  на  площадке  приземления,  преодолел  реку  Великая  и  все  искусственные  и  естественные  препятствия.  Успешно  был  проведен  и  прицельный  огонь  с  огневого  рубежа  из  всех  видов  штатного  вооружения  БМД.  После  чего  машина  подъехала  к  трибуне,  и  командир  экипажа  доложил  командующему  Воздушно-десантными  войсками  /  ВДВ  /  генералу  армии  Василию  Маргелову  о  выполнении  ответственного  задания.

—   Спасибо,  сынки!  -  поблагодарил  десантников  генерал, притягивал  к  себе  обоих  за  воротники.

Командиром  экипажа  действительно  был  сын  командующего  -  майор  Александр  Маргелов,  офицер  Научно-технического  комитета  /  НТК  /  ВДВ.  Роль  механика-водителя выполнял  подполковник  Леонид  Иванович  Щербаков,  также  служивший  в  этом  комитете.

Ровно  три  года  назад  -  5  января  1973  года  -  Александр  Маргелов,  младший  из  пяти  сыновей  командующего  ВДВ,  в  качестве  наводчика-оператора  принял  участие  в  экспериментальном  десантировании  внутри  БМД-1  на  многокупольном  парашютном  комплексе  «Кентавр»  /  командиром  экипажа  был  тогда  подполковник  Леонид  Зуев  /. Испытания  проводились  на  парашютодроме  «Слабодка»  106-й  гвардейской  воздушно-десантной  дивизии  близ  Тулы  /  после  этого  на  гербе  соединения  появился  кентавр /.  Тем  самым  Александр    исполнил  давнюю  мечту  своего  отца,  доказав возможность  десантирования  людей  прямо  в  боевой  технике.  Таким  образом, существенно  повышалась  мобильность  десантных  подразделений,  позволяющая  вступать  десантникам  в  бой  сразу  же  после  приземления.

Однако  комплекс  «Кентавр»  назван  так  по  аналогии  с  мифическим  существом,  потому-то    механик

Механик-водитель  БМД  при  движении  на  марше  высовывался  из  люка  по  пояс,  имел  ряд  недостатков.  Поэтому  генерал  Маргелов  поставил  перед  НТК  ВДВ  очередную  задачу:  освоить  десантирование  части  экипажа  внутри  БМД-1  на  парашютно-реактивной  системе  в  комплексе  «Реактавр»  /  реактивный  «Кентавр»  /.  Безусловно,  это  система  была  совершенее  парашютно-платформенных  средств,  имела  только  один  более  экономичный  и  легкий  парашют  площадью  540  квадратных  метров,  вместо  пяти  куполов  на  «Кентавре»  по  760  квадратных  метров.Весивший  около  тонны  «Реактавр»  снижался  со  скоростью вчетверо  больше,  нежели  «Кентавр»  /  до  двадцати  метров  в  секунду /,  что  делало  БМД  практически  неуязвимой  от  огня  противника.  И  только  перед  самой  землей  в  дело  вступали  реактивные  тормозные  устройства  -  три  двигателя  мягкой  посадки,  которые  за  несколько  секунд  значительно  снижали  скорость  вертикального  падения,  и  приземления  на  два  пенопластовых  амортизационных  бруса  проходило  на  вполне  допустимых  скоростях.

Подготовка  к  испытаниям  «Реактавр»  велась  в  обстановке  глубочайшей  секретности.  После  47  десантирований  на  ПРС  с  животными,  используя  методику,  аналогичной  той,  по  которой  готовили  к  полету  в  космос,  было  принято  решение  провести  сброс  БМД  с  людьми.  Желающих  оказалось  не  так  уж  много:  во  время  одного  из  испытаний  разбилась  немецкая  овчарка  по  кличке  Буран.  После  выхода  из  самолета  и  раскрытия  купола  парашют  разорвался  пополам  -  машина  рухнула  вниз.  Двигатели  мягкой  посадки  не  сработали.  Собака  погибла,  ее  похоронили  со  всеми  возможными  почестями.  Комиссия  установила,  что  купол  израсходовал  ресурс  своей  прочности.

Командующий  ВДВ  генерал  Маргелов, знаменитый  «Дядя  Вася»  /  Воздушно-десантные  войска  -  ВДВ  -  «Войска  дяди  Васи» /,  доверил  выполнение  задания  двум  добровольцам  -  своему  сыну  Александру  и  подполковнику  Леониду  Щербакову.  С  согласия  Леонида  Ивановича,  который  был  выше  по  званию,  командиром  экипажа  был  назначен  Маргелов-младший.  Щербакову,  отлично  знавшему  БМД-1,  которую  он  в  качестве  инженера  в  свое  время  испытывал  в  Научно-исследовательском  институте  бронетанковой  техники,  поручалась  роль  механика-водителя.

Программу  подготовки  к  предстоящему  прыжку  Леонид  Щербаков  и  Александр  Маргелов  выполнили  полностью,  все  было  готово  к  проведению  эксперимента.  Утром  23  января  1976  года  офицеров  осмотрели  медики,  затем  последовала  физическая  зарядка,  завтрак  и  выезд  на  аэродром.  Испытатели  взяли  с  собой  пистолеты  с  боевыми  патронами,  десантные  штык-ножи  и  по  две  боевые  гранаты  Ф-1:  командующий  требовал,  чтобы  все  было  без  условностей.  Случайно  совпало,  что  для  десантирования  «Реактавр»  прибыл  тот  же  Ан-12  и  с  тем  же  экипажем  ,  что  и  три  года  назад.  Долго  лететь  не  пришлось,  и,  наконец,  медленно  открылись  створки  грузового  люка.  Вытяжной  парашют  сорвал  машину  из  самолета,  и  восемь  тонн  брони  устремились  к  земле.  Благополучно  приземлившись,  экипаж  успешно  выполнил  все  запланированные  задачи  и  элементы  программы  и  подъехал  к  трибуне.  Офицеров  подкидывали  в  воздух,  налили  им  по  граненному  стакану  водки.  Как  выяснилось  позднее,  у  боих  десантников  было  сотрясение  мозга  и  травмы  позвоночника  /  подполковнику  Щербакову  даже  сделали  потом  операцию  /,  но  боль  и  тошноту  в  этот  момент   приглушало  торжество  победы.

Радость  успеха  с  десантниками  разделили  специалисты  конструкторского  бюро  Московского  агрегатного  завода  «Универсал»,  многолетнего  главного  разработчика  средств  десантирования  техники  ВДВ,  Государственного  научно-исследовательского  института авиационной  и  космической  медицины,  определившие  предельные  перегрузки  для  испытателей,  научно-производственного  завода  «Звезда»,  поставившие  десанту  упрощенные  космические  кресла  «Казбек-Д».  Прямо  на  площадке  приземления  приглашенные  на  эксперимент  псковские  секретари  обкомов  и  горкомов  партии  попросили  разрешения  у  командующего  ВДВ  немедленно  позвонить  в  Москву  Генеральному  секретарю  ЦК  КПСС  Леониду  Брежневу  и  ходатайствовать  о  присвоении  членам  экипажа  званий  Героя  Советского  Союза.  Генерал  армии  Маргелов  отказался  от  их  предложения,  намереваясь  сначала  получить  отчет  промышлености,  а  потом  уже  докладывать  министру  обороны.

С  1976  года  парашютно-реактивная  система  «Реактавр»,  немного  доработанная  с  учетом  замечаний  Щербакова  и  Маргелова,  была  принята  на  вооружение  ВДВ.  «Крылатая  пехота»  получила  новое  средство  десантирования,  значительно  повышающее  их  боевые  возможности.  Комплекс  «парашютная  система  -  боевая  машина  -  человек»  позвонил  уменьшить  время  сборов  личного  состава  и  техника  на  площадке  приземления,  теперь  воздушно-десантную  дивизию  можно  было  ввести  в  бой  за  двадцать  минут.  Десантирование  из  самолета  боевой  техники  вместе  с  экипажем  с  использованием  ПРС  ввели  в  программу  боевой  подготовки  ВДВ.

Ни  одного  из  зарубежных  стран  так  и  не  удалось  повторить  проекты  «Реактавр»  и  «Кентавр».  Подобную  систему  попытались  создать  во  Франции,  где  в  боевую  машину  был  посажен  заключенный,  приговоренный  к  смертной  казни.  Машина  не   выдержала  перегрузок  и  разбилась,  «десантник»  погиб. Начатые  было  и  в  других  странах  опытно-конструкторские  работы  в  этом  направлении  прератились.

Леонида  Щербакова  и  Александра  Маргелова  в  том  же  году  представили  к  званию  Героя  Советского  Союза,  но  по  ряду  причин  присвоение  так  и  не  состоялось.  Вспомнили  о  «реактаврах»  лишь  спустя  двадцать  лет  после  легендарного  десантирования.  22  августа  1996  года  за  мужество  и  героизм,  проявленные  при  испытании,  доводке  и  освоении  специальной  техники  президент  Российской  Федерации  Борис  Ельцин  подписал  Указ  о  присвоении  званий  Героя  России  Леониду  Щербакову,  а  через  девять  дней  -  и  Александру  Маргелову.

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий

WordPress: 20.93MB | MySQL:47 | 0,390sec