И на войне бывают чудеса…

Uvarov-Petr-Vasilevich

Уваров Петр Васильевич родился 2 января 1910 года на руднике Каменоватая ныне в черте города Макеевка Донецкая области в семье рабочего. Русский. Вице-адмирал (8.8.1955).

В 1928 – 1930 годах был рабочим кузнечного цеха Макеевского металлургического завода им. С.М. Кирова.

На Красном Флоте с 1930 года. Окончил Высшее военно-морское училище им. М.В. Фрунзе (1934), Специальные курсы командного состава ВМС РККА (1937), Военно-морскую академию им. К.Е. Ворошилова (1941).

Корабельный курсант минного заградителя «Томск» (7 – 11.1934). Командир батареи сторожевого корабля «Гром» (11.1934 – 11.1936). Инженер 4-го отдела Морского артиллерийского полигона (10.1937 – 8.1938).

Участник Великой Отечественной войны. Помощник командира лидера эсминцев «Москва» (6 – 7.1941), эсминца «Незаможник» (7 – 9.1941). Старший помощник командира лидера эсминцев «Харьков» (9.1941 – 10.1942). Командир сторожевого корабля «Шторм» (10.1942 – 3.1943). Старший помощник командира крейсера «Ворошилов» (3.1943 – 3.1944), командира линкора «Севастополь» (3.1944 – 10.1947).

Командир крейсера «Красный Кавказ» (10.1947 – 8.1949), линкора «Севастополь» (8.1949 – 9.1951). Командующий эскадрой надводных кораблей Черноморского флота (9.1951 – 9.1956). В распоряжении Главнокомандующего ВМФ СССР (9 – 10.1956). Начальник ВиС Тихоокеанского флота (10.1956 – 2.1957).

Звания: контр-адмирал (27.1.1951).

В отставке по болезни с 1957 года.

Умер после тяжелой болезни 28 ноября 1979 года. Похоронен в г. Киеве на Лукьяновском кладбище, где ему установлен памятник.

Награждён: орденом Ленина; 2-мя орденами Красного Знамени; орденом Нахимова 2-й степени; орденом Отечественной войны 1-й степени; орденом Красной Звезды и медалями; а также иностранными орденами и медалями.

И на войне бывают чудеса…

2 августа 1942 года на крейсере «Молотов», стоящем в Туапсе, был поднят флаг командующего бригадой крейсеров Черноморского флота контр-адмирала Николая Басистого. Уже через час крейсер (командир капитан 1-го ранга Михаил Романов) и лидер эсминцев «Харьков» (командир капитан 2-го ранга Пантелеймон Мельников) снялись с якоря и покинули порт. Корабли сопровождали четыре торпедных катера, а с воздуха прикрывали два истребителя ЛаГГ-3. Две летающие лодки МБР-2 (морской ближний разведчик) осуществляли разведку и противолодочную оборону. Так началась набеговая операция на порт Феодосию и Двуякорную бухту.

4 июля 1942 года закончилась героическая 250-дневная оборона Севастополя. Весь Крым оказался в руках немецких войск. По данным флотской разведки противник начал сосредотачивать войска на Керченском полуострове и скапливать плавсредства для десанта на Тамань. Бригаде крейсеров было приказано уничтожить неприятельские суда артиллерийским огнём. Выполнение поставленной задачи было возложено на крейсер «Молотов» и лидер «Харьков». Крейсер должен был обстрелять из своих орудий Феодосийский порт, а лидер – причалы в находившейся неподалеку Двуякорной бухте. Командование соединением возлагалось лично на комбрига адмирала Басистого. Штаб бригады крейсеров провёл тщательную подготовку к предстоящей операции. Флагманские специалисты детально обговорили с командирами боевых частей вопросы организации взаимодействия при использовании связи и оружия. Непосредственное участие в обсуждении принял и старший помощник лидера «Харьков» капитан-лейтенант Пётр Васильевич Уваров. Набег необходимо было осуществить примерно в полночь и успеть вернуться до рассвета в зону действия своей истребительной авиации. В плане операции также указывалось, что в назначенном квадрате отряд будет ждать подводная лодка «М-62» капитан-лейтенанта Николая Малышева, которая должна была обозначить свое место белым огнем прожектора для обеспечения ориентировки и надежной обсервации кораблей.

В ночь на 2 августа «Молотов» и «Харьков» вышли из Поти в Туапсе, где пополнили запасы топлива, и под вечер отправились в набеговую операцию к берегам Крыма. Не прошло и часа после начала плавания, как над соединением на большой высоте появился немецкий самолет Не-111. По сигналу флагмана советские корабли повернули в направлении Новороссийска, дезориентируя тем самым немецкого разведчика. Когда самолёт скрылся, отряд вновь повернул на запад. Когда вражеский разведчик вновь появился над отрядом, корабли повторили свой маскирующий манёвр. К этому времени «лагги» израсходовав горючее, помахали крыльями и возвратились на свой аэродром. «Амбары» (так советские моряки прозвали самолёты МБР-2) и торпедные катера с наступлением сумерек также вынуждены были вернуться на свои базы. Несмотря на манёвр ложного движения, «хенкель» уже не оставлял суда, удалялся на некоторое время за пределы видимости.

Ложное маневрирование вызвало лишь потерю времени, и, в итоге, отряд вышел немного западнее точки рандеву с подводной лодкой и не заметил её огонь. Точнее сигнальщики «Молотова» зафиксировали какой-то белый постоянный огонь, но он точно не принадлежал советской подлодке. Поэтому уточнять расчёты для стрельбы пришлось по береговым ориентирам. По сигналу флагмана корабли легли на боевой курс, но на крейсере не до конца определили своё местоположение и не начинали обстрел. Лишь когда время нахождения на боевом курсе было практически исчерпано, капитан 1-го ранга Михаил Романов решил открыть огонь. Но в тот момент, когда «Молотов» должен был дать свой первый залп, слева по носу крейсера появился торпедные катера – это в атаку вышли итальянские «MAS-568» и «MAS-573» под общим командованием капитана 3-го ранга Курцио Кастаньяччи. «Молотов» резко повернул вправо и увеличил ход до полного. Катера вскоре скрылись из виду, и крейсер новь лег на боевой курс, но исходные данные для стрельбы пришлось пересчитывать.

— Теперь им всё начинать заново, — обращаясь к капитану лидера «Харьков», сделал вывод старпом Уваров.

— Пётр Васильевич, может спросить разрешения у Басистого и самим открыть огонь? – предложил капитан 2-го ранга Пантелеймон Мельников.

По намеченному плану первым должен стрелять крейсер «Молотов», но, учитывая сложившуюся обстановку, адмирал Николай Басистый разрешил «Харькову» начать артиллерийский обстрел. Лидер в течение пяти минут – до тех пор, пока орудия главного калибра не вышли из угла обстрела – выпустил 59 130-мм снарядов по акватории Двуякорной бухты.

Тем временем по крейсеру, который продолжал уточнять своё положение для начала бомбардировки Феодосии, открыли ответный огонь вражеские береговые батареи. Вновь в атаку пошли итальянские торпедные катера. Встретив противодействие, адмирал Басистый отказался от обстрела Феодосии и начал отход на юг. Удалявшиеся от крымского берега корабли атаковали торпедоносцы Не-111 из 26-й бомбардировочной эскадры, в результате которой «Молотов» получил серьезные повреждения: одна из торпед попала в кормовую оконечность корабля (погибли 18 членов экипажа). Однако, отбиваясь от воздушных атак, крейсер в сопровождении лидера «Харьков» продолжал отходить в сторону Кавказского побережья. Вскоре над кораблями появились самолёты авиации Черноморского флота, подошли пять торпедных катеров. Несколько позже конвой пополнился ещё восьмью катерами и эскадренный миноносец «Незаможник» (командир капитан 3-го ранга Павел Бобровников). Однако противник не оставлял попыток добить поврежденный корабль. Уже на траверзе Анапы, в результате плотного заградительного огня, а также самоотверженных действий лётчиков МБР-2, была сорвана последняя атака немецких торпедоносцев. Всего «Молотов» и «Харьков» отразили 23 атаки: двенадцать – авиации, а одиннадцать – торпедных катеров; сбили три Хе-111, а также повредили два самолета и катер.

Наконец вечером 3 августа израненный крейсер бросил якорь на внешнем рейде Поти, а утром 4 августа он был введен в гавань и поставлен на ремонт. Обиднее всего было узнать, что данные разведывательного отдела флота о сосредоточении в Феодосии и Двуякорной бухте транспортов, барж и катеров оказались ошибочными.

На следующий день Пётр Уваров отправился на «Молотов» к своему давнему знакомому, – старшему помощнику крейсера капитану 3-го ранга Семёну Домнину. Старпом повёл Уварова осматривать повреждение крейсера. Взрывом немецкой торпеды оторвало 20 метров кормовой части корабля вместе с рулём, румпельным отделением и химическим отсеком. Все помещений в районе взрыва оказались разрушенными, деформировало кронштейн правого валопровода, сильно погнуло конус гребного вала. Оставалось загадкой, как при таких повреждениях крейсер сумел сохранить ход. Товарищи сошлись во мнении, что это было одно из тех чудес, которые подчас случаются на войне.

Крейсер «Молотов» вновь вступил в строй лишь 31 июля 1943 года, но в боевых действиях он больше не участвовал…

banner_elita-army.ru

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий

WordPress: 20.77MB | MySQL:46 | 0,464sec